Осень Макрона. Реформы для Франции и Европы / Украинский институт будущего

  1. Осень Макрона. Реформы для Франции и Европы

Осень Макрона. Реформы для Франции и Европы

Источник: " Зеркало недели "

За несколько месяцев, прошедших со времени прихода к власти Эммануэля Макрона, французские интеллектуалы и обозреватели начали подбирать собственные ключи к пониманию, что это за человек и в чем секрет ее успеха.

Кто-то анализирует триумф Макрона из оптимистического стороны, рассматривая его как реванш молодежи против устаревшего во всех отношениях поколение политиков. Другие пытаются искать исторические аналогии в действиях бывших президентов Валери Жискар д'Эстена или Шарля де Голля. Третьи пошли исследования связей между мировоззрением Макрона и философией Поля Рикера, у которого французский президент недолго был ассистентом. Есть и такие, кто не покупается на привлекательный образ и предостерегает от этого других. "Новейшие деспоты всегда улыбающиеся. Они стали" прагматиками ". Они не убивают никого. Только наши души. И делают это с учтивость, даже определенной удовольствием", - отмечает в свежеизданные книге "Макрона: чудо или мираж?" политолог Пьер-Андре Таґиефф.

Однако с какой бы стороны подходить к разгадывание загадки, сначала надо, чтобы кто-то ее загадал. Французский президент сознательно выбрал так называемый юпитерианских тип правления: уединенный президент-интеллектуал на вершине задает стратегические направления в пышных речах, оставляя ежедневные труды своем преданном премьеру. И хотя такой елитистських подход стал неисчерпаемым источником насмешек со стороны медиа и политических противников, амбиции Макрона действительно юпитерианских. И во внутренней, и во внешней политике он стремится разорвать круг стагнации и упадка, изменить не только Францию, но и Европу, войдя в историю государственным деятелем мирового масштаба.

Макрона нередко справедливо говорят, что среди его идей и предложений не так много настоящих инноваций, а некоторые из предлагаемых решений выдвигали и частично даже воплощали его предшественники. Однако заслуга Макрона в том, что он не только отобрал наиболее жизнеспособные идеи и завернул их в электорально привлекательную обертку, но и смог убедить граждан, что именно он сможет реформировать Францию. Тревога по поводу стремительной потери Макрона общественной поддержки, прокатившаяся мировыми и украинскими СМИ в августе-сентябре, преждевременна. Она скорее является частью плана, чем тем, что может его сломать.

Стратегия Макрона очень простая и даже самоочевидная: первый период президентства - это максимально быстрые и радикальные реформы, при этом как можно меньше ввиду негативные реакции и поддержку общества; второй - первые ожидаемые успехи реформ для повторного переизбрания. Поэтому главная задача - задать ритм, проявить лидерство и решимость, избегая половинчатых мер, в любом случае раздражают общество, но не приносят желаемых результатов.

Внутренняя политика: дрейф вправо

Королевой реформ Макрона, которые он сам не очень скромно характеризует как "коперниканский переворот", является реформа рынка труда. По замыслу президента, она должна перезапустить французскую экономику, придать ей динамизма, конкурентоспособности, гибкости в приспособлении к требованиям рынка. Реформа должна стать основным инструментом уменьшения французского безработицы с нынешних 10% (а среди молодежи даже 20%) до 7% к 2022 году. Пять президентских декретов содержат 36 поправок в Трудовой кодекс, в частности относительно условий контрактов на временные должности, разрешение споров между работодателем и работником, существенного ограничения размеров компенсаций при увольнении работника и тому подобное. Конечно, реформа не столь радикальна, чтобы, скажем, отменить такую ​​священную корову как 35-часовая рабочая неделя, однако делает довольно весомые шаги к демонтажу системы усиленного социальной защиты работников, получая взамен активное одобрение работодателей.

В то же время прогнозы, что протесты превзойдут прошлогодние многомесячные забастовки против более мягкого закона "Эль Хомра" (по имени тогдашнего министра труда, поплатилась избранием на парламентских выборах), не оправдались. Несмотря на все старания леворадикалов под руководством Жан-Люка Меланшона, который провозгласил себя основной оппозиционной силой, и наиболее радикальной профсоюза CGT, протестные акции этой осенью были относительно малочисленными и не заставили руководство государства к изменению планов. Не последнюю роль здесь сыграло то, что летом, в процессе переговоров, Макрона удалось вбить клин между различными профсоюзами и даже заручиться поддержкой некоторых из них. Поэтому первую волну народного гнева удалось пройти удивительно безболезненно: манифестация 19 октября стала бледной тенью предыдущих. Однако чтобы внедрить реформу до конца года нужно принять ряд детальных регулирующих актов, а запланированные на следующий год реформы пенсионного обеспечения и пособия по безработице напоминают, что почивать на лаврах несколько преждевременно.

Более насущной проблемой представляется сопротивление реформе раздутого бюджетного сектора. Макрона настроен соблюсти предвыборных обещаний и сократить количество французских fonctionnaires (чиновников и работников государственных учреждений) за 5 лет на 120000, заморозить повышение зарплат и ограничить некоторые льготы. Такие планы, конечно, не встречают понимания целевой аудитории. Бюджетники традиционно имеют больше рычагов для организованного давления по сравнению с работниками частных предприятий, начиная с того, что значительно больше их процент привлечен к профсоюзам. К примеру, требования массовых манифестаций 10 октября были подкреплены отменой трети рейсов в аэропортах, перебоями предоставления услуг в больницах и образовательных учреждениях, проблемами с общественным транспортом и тому подобное. Этим раундом протестов профсоюза пытались компенсировать недовольство своих членов тем, что реформа рынка труда так легко сошла правительственные с рук, однако серьезных успехов не достигли.

Третья важная реформа этой осенью вызывает большое беспокойство правозащитных организаций вроде Amnesty International и Human Rights Watch. Речь идет о реформе антитеррористического законодательства. Еще со времени террористических атак ноября 2015. Франция продолжает жить в режиме чрезвычайного положения, удлиняли уже 6 раз. Новый закон должен положить конец этому де-факто перманентном чрезвычайному положению уже с 1 ноября, внедряя вместо определенные его элементы в общую систему законодательства. Речь идет о возможности создавать периметры безопасности вокруг ключевых точек (например вокзалы и аэропорты), где полиция сможет проверять документы и проводить обыски лиц и автомобилей, а также осуществлять дополнительный контроль в пограничной зоне. Появится возможность закрывать места религиозных культов, если проповедники будут призывать к насилию. Чиновники смогут ограничивать передвижение определенных лиц в пределах населенного пункта и заставлять их отмечаться в полиции раз в день. Впрочем, особенно спорные положения, вроде декларирования телефонных номеров и лозунгов социальных сетей, были сняты еще во время обсуждения в сенате как неконституционные.

Нетрудно заметить, что осенний реформаторский пыл идеологически отводит Макрона вправо - в направлении либерализации экономики и секьюритизации общественного порядка. Более того, представленный в конце сентября проект бюджета также добавил аргументов тем, кто говорит о "президенте богатых", потому что он отменяет эмблематический "налог солидарности на богатство" (ISF), которым облагаются доходы более 1300000 евро, предлагая взамен постепенно ввести " налог солидарности на недвижимое имущество ". Соответствующий закон был проголосован 20 октября. Таким образом Макрона продолжает начатую еще перед парламентскими выборами стратегию раскола оттягиванием голосов у правоцентристов, считая, что "Республиканцы" в перспективе могут стать основными политическими соперниками. Тем более что они немного отошли от поражений и показали хороший результат на сентябрьских выборах в сенат. Большой угрозы слева Макрона для себя пока не видит.

Внешняя политика: европейская готовность номер один

Наибольшей внешнеполитической реформой Макрона, конечно, является его видение реформирования ЕС, детализированное в речи в Сорбонне 26 сентября. Эта речь отражает видение, согласно которому Франция может быть влиятельным государством в новом многополюсное мире только как член "суверенного, объединенного и демократического" ЕС. Макрона раз недвусмысленно подчеркнул свою приверженность развитию "Европы многих скоростей", где прогресс будет происходить путем добровольной усиленного сотрудничества в отдельных сферах.

Таких приоритетных сфер для сотрудничества всех желающих он выделяет аж шесть. Во-первых, это общая безопасность, в рамках которой предлагается создать совместные силы быстрого реагирования, оборонный бюджет и доктрину действий. Во-вторых, это урегулирование миграции, с акцентом на совместном контроле внешних границ, общей политике убежища и миграции, создании общеевропейских Офиса убежища и пограничной полицейской службы. В-третьих, предлагается сделать Средиземноморья и Африку ключевым направлением внешней деятельности ЕС. Четвертым и пятым направлениям, по мнению Макрона, должны стать амбициозные совместные обязательства по охране окружающей среды и инноваций. И, наконец, ключевым является реформирование зоны евро, в частности через создание совместного бюджета для финансирования совместных инвестиций и стабилизации в случае экономических кризисов.

В дополнение важным принципом провозглашается постепенное сближение социальных и налоговых моделей стран ЕС продолжая спорить с центрально странами, Макрона продолжает настаивать на реформе социальных обязательств в отношении рабочих из других стран, предлагает определить "коридор" для налогообложения корпораций, чтобы те не переезжали в стран с низким уровнем налогообложения, постепенно двигаться к определению минимальной зарплаты на общеевропейском уровне и тому подобное.

Приоритетом обновленной торговой политики обновленного ЕС он определяет упрощения единого рынка и защиту его от внешних конкурентов. Для этого предлагается ввести должность Европейского торгового прокурора, который должен следить за соблюдением правил и налагать санкции за нечестные практики.

В конце концов, Макрона не отступает от своей позиции неодобрение дальнейшего расширения ЕС, делая исключение разве что для стран Западных Балкан, так и то после реформирования ЕС: в частности уменьшение количества еврокомиссаров от 28 до 15 и внедрения наднациональных списков кандидатов на выборах в Европейский парламент.

Макрона настаивает на необходимости выработать общий подход и план действий в течение года - до следующих выборов в Европейский парламент. Реакция государств в целом на инициативы сдержанно положительная, но дьявол кроется в деталях. Так, Германия скептически настроена относительно общего бюджета еврозоны и воздерживается от обсуждений к формированию коалиции. Италия не слишком вдохновляется подчеркнутым вниманием к двустороннему "франко-немецкого мотора". Страны Центрально-Восточной Европы недовольны же принципу многоскоростной интеграции и амбициозными планами по безопасности и обороны, которые могут поднять роль НАТО и установить доминирование Франции, а также инициативы по урегулированию вопроса рабочей силы.

Наконец, на последнем саммите ЕС 19-20 (октября?) Инициативу Макрона попытался перехватить председатель Европейского Совета Дональд Туск. С одной стороны, он соглашается со многими пунктами "плана Макрона" и радуется динамике, которую привнесли в европейскую жизнь инициативы французского президента. С другой, его "Повестка дня лидеров" все же пытается подчеркнуть базовой ценности единства, оставляя вариант "многих скоростей" только для наиболее критических случаев.

В конце концов, для Украины важными сигналами являются незаинтересованность Франции в развитии восточного измерения партнерства (в отличие от южного), негативное отношение к членству нашего государства, стремление к укреплению границ ЕС и протекционистские настройки во внешней торговле. Впрочем, диалог о возможных форматов участия Украины в инициативах многоскоростного обновленного ЕС - если он когда-нибудь родится - мог бы стать нашим ключиком к налаживанию отношений с французским президентом.

И делают это с учтивость, даже определенной удовольствием", - отмечает в свежеизданные книге "Макрона: чудо или мираж?
Октября?